Слёзы Балкарских Матерей

History, История

Written by Marziyat Baisieva

April 4, 2021

Восьмое Марта признано во всем мире Международным женским днем и является государственным праздником в России. По жестокой и ироничной случайности, в этот же день, в 1944 году всё балкарское население Северного Кавказа было насильно депортировано со своей исторической родины. Советский руководитель Иосиф Сталин отправил около 38 тысяч людей в вагонах для скота в холодные степи Средней Азии, полагая, что они оказывали помощь гитлеровцам во время Второй Мировой войны. Были ли действительно среди балкарцев коллаборационисты, остается активно обсуждаемым вопросом. Этот акт насилия против целого народа продолжался 13 лет, выразившись в смертях тысяч людей и оставив неизгладимый след в памяти балкарского народа.

В 1989 году Советское государство объявило депортацию незаконной и 5 марта 1994 года, на 50-летии депортации балкарцев, российский президент Борис Ельцин оплакивал случившееся, сказав “Сегодня, в печальный день 50-летия насильственного переселения балкарцев, я склоняю свою голову в память о тех, кто безвременно погиб в высылке и выражаю свое искреннее сочувствие и соболезнования их родственникам и близким. Как Президент Российской Федерации, я приношу извинения за произошедшую несправедливость”.

Интервью внизу были проведены Марзият Байсиевой, приглашенным автором East of Elbrus, она представляет балкарский народ и является журналистом издания “Горянка”. Четыре проинтервьюированные женщины пережили депортацию. Их истории – как было передано Байсиевой – сначала были опубликованы в Нальчике, в 2015 году в Международный женский день, в честь матерей, которые боролись за свои семьи в те темные дни между 1944 и 1957 годами. Интервью были переопубликованы с разрешения автора и были переведены с русского языка с легкой адаптацией для западного читателя.

Многие полагают, что балкарцы были спасены от полного уничтожения в депортации их матерями. Большинство молодых мужчин в то время воевали в Красной Армии в Европе. Поэтому именно на матерей, которым приходилось работать и днем и ночью, легла борьба за каждого ребенка. “Мы плакали, но не сдавались” – сказала одна из выживших.

“Я хочу верить, что однажды на балкарской земле будет возведен монумент, посвященный матерям Балкарии, кто сохранил свой народ, язык и культуру для мира.” Тяжелой удавке репрессии было противопоставлено хрупкое женское плечо. Матери прошли через ад унижения, но они научили своих детей жить с достоинством. Возможно ли это? Да. Материнская любовь преобразовывается и меняет мир. Далее следуют четыре истории, которые они поведали.

“Давайте помнить хорошее”

8 Марта

Элизат Кулиева:

Мой отец ушел на фронт в 1941 году, когда мне был всего один год. В 1944 году, в праздник 8 Марта мы были выселены из своих домов. Нас отправили в Джалал-Абадскую область Кыргызстана, и мы жили в колхозе “8 Марта”. Моя мама и бабушка часто плакали; и я всегда плакала вместе с ними, не понимая в чем дело.

Моя мама была учительницей. Она пыталась устроиться там учительницей, но ей сказали в лицо, что депортированным не будет позволено обучать. Вместо этого она содержала дровяные печи, шила и мыла полы, чтобы кормить нас. Я помню свою школьную обувь. Моя мама взяла два слоя ткани, положила между ними вату и сшила мне своего рода валенки. Нам нужны были галоши, но не было денег их купить.

Нет, с нами не обращались как со всеми. Сейчас многие говорят, “Давайте помнить хорошее”, но я думаю, что правда превыше всего и ничто не должно быть приукрашено. Я быстро выучила узбекский и татарский языки и училась в школе прилежно, но жена директора ставила мне только тройки.

После того как поля были убраны, депортированным разрешалось собирать то, что осталось. Однажды моя мама собрала целый мешок зерна, но бригадир ударил ее кнутом и отобрал мешок. На следующий день она пошла к зданию сельсовета и стала ждать, когда бригадир покинет здание. Когда он вышел, она бросила в него камень. Маму привели к председателю правления, и он спросил, в чем проблема. Она рассказала свою историю. Он взял хлыст из рук старшины и отдал его моей матери. “Бей его! – сказал он. Но мама сказала: “Я уже бросила в него камень”, а он повторил: “Ударь его!” – и она ударила. Все люди равны перед Богом, и народы равны. Те, кто нарушает это равенство, совершают тяжкий грех. Мы, поколение репрессированных, остро это чувствуем. а он повторил: “Ударь его!” – и она ударила.

Все люди равны перед Богом, и народы равны. Те, кто нарушает это равенство, совершают тяжкий грех. Мы, поколение репрессированных, остро это чувствуем.

Сапоги Моего Отца

Малик Чанаева-Тетуева:

У меня было четверо братьев и сестер. Вместе с родителями мы были отправлены в колхоз в Казахстане. Мой отец умер в поезде. Мы превратили тамошние безжизненные пространства в рай. Но первые годы были ужасными. Прежде всего, каждый думал, что скоро мы вернемся домой и поэтому мы не посадили ничего. Это привело к голоду. Во-вторых, нам была непривычна летняя жара в казахской степи. В тот первый год погибло очень много стариков и детей.

Чтобы выжить, моя мама Айак продала сапоги моего отца директору колхоза в обмен на целого верблюда. Мы закололи верблюда, продали мясо и купили зерно. Моя мама сделала зернохранилище в нашей однокомнатной глинобитной хижине, которую мы делили с тремя другими семьями. Она положила матрас поверх этого отсека, и мы шестеро спали там. Зерно, которое мы получили в обмен на отцовские сапоги, было необходимо для нашего выживания в те первые дни.

Земля была плодородной. Моя мама посадила арбузы около арыка, это такой тип оросительного канала в Средней Азии. Арбузы стали такими большими, что мы могли нести их домой только на тачках.

 

Моя мама часто проходила по 25 километров, чтобы достать для нас еды. Я обменяла всё свое серебро на еду. Мы брали столько еды, сколько могли унести. В итоге жизнь стала лучше. Женщины строили дома получше для своих детей, используя саманный кирпич.

Мы с братом, как взрослые, вернулись в колхоз, где мы и выросли. Мы посещали кладбище, где было похоронено много балкарцев.

Во время нашего посещения один советский чиновник сказал моему брату, “Это крепкий колхоз. Ты слышал о нем ранее?” Мой брат ответил, “Этот колхоз поднят на костях 1500 моих земляков.”

Удивительно, сколько страданий выпало на долю нашей матери, и все же она оставалась веселой до самой смерти. Даже в старости она носила только модную одежду и любила петь. Даже в невыносимых условиях она не теряла жажды жизни. Моя мама самый замечательный человек, которого я когда-либо видела.

Северокавказская долина, из которой балкарцы были депортированы в 1944 году.

Молитвы за Государство

Роза Урусова:

Я происхожу из княжеского рода. Мы жили в Карачае, у истоков реки Кубань, очень близко к горе Эльбрус. Наши жизни сломали депортацией те, кто был никем и хотел стать всем. Они так никем и не стали. Моя бабушка говорила, что деньги и богатства не определяют человека – главное совесть и честь. Но эти люди все же сумели разрушить наши судьбы. Моя мама умерла, когда ей было 24 года, когда я только начала ходить. Она работала на свекловичном поле в среднеазиатской степи, когда она была беременна мной и теряла сознание. Управляющий бил ее кнутом. Позже у нее обнаружили перелом колена от побоев. В течение года после моего рождения боль появлялась, а затем утихала, чтобы появиться снова. В конце концов, началась гангрена, и моя мать умерла. Я ее не помню. Все, что у меня осталось от матери – это ее фотография в день похорон.

Меня воспитывала бабушка, пока она не умерла. Мне было 11 лет. Меня всегда поражало, что каждая ее молитва заканчивалась просьбой о благе государства. Долгое время я не могла понять, как она могла молиться за государство, которое лишило ее всего. После ее смерти я пошла в школу-интернат и воспитывалась тем самым государством. Я помню молитвы моей бабушки, будучи уже взрослой. И, как она когда-то, я теперь тоже молюсь о благе нашей страны и ее народа. Я тоже патриот.

Роза Урусова

Неуместная Радость

Лиза Геляева:

Помню свою радость, когда взрослые посадили меня в вагон, и мы поехали. Было 8 марта 1944 года День переселения – и я, ребенок, не понимала, что происходит. Мою маму, сестренку и меня саму отправили в Кыргызстан. Когда мы приехали, я помню, что повсюду искала свою сестру. Я не знала, что она умерла во время поездки. Мама часто жарила кукурузу и делилась ею с другими детьми. Я гордилась тем, что она помогает заботиться о других. Только много лет спустя я поняла, что голодная мать сделала это в честь своей дочери, моей младшей сестры. Моя мать умерла в Казахстане еще до того, как мы вернулись на родину в 1957 году. Меня отправили в детский дом.

Я знаю по опыту, что горе вынужденной миграции – это горе матерей. В то короткое счастливое время, когда моя жизнь была освещена мамой, у нас был сосед по имени Капра. Она похоронила всех четверых своих детей. Люди были голодны и без сил, и некому было копать могилы. Когда умерла ее последняя дочь, она вырыла могилу руками, как могла, но могила оказалась недостаточно глубокой. Через несколько дней тело девочки вытащила собака.

Всех, кто вернулся домой из Азии, спасли их матери. Они заслуживают нашего глубочайшего уважения и вечной памяти. Я сирота, но никогда не жалею себя. Я плачу только о своей матери. Пусть другие матери никогда не плачут.

Люди были голодны и бессильны, и не было никого, чтобы копать могилы.

Ещё Статьи

Ещё Статьи

Come to Agul to Make Life-Long Friends

Stories about Dagestani hospitality can sometimes seem too pretentious. The picture is sometimes painted of locals always ready to receive unknown travelers seems too good to be true. But, in the mountains especially, this is in fact the case. In Dagestan, locals will...

read more

Exploring Ancient Fossil Records in Dagestan

Streams and rivers without number cut through the ravines of Dagestan’s sharp mountain peaks. Crouching down next to any one of them, Omar Hapisov can lift a rock from the riverbed and identify the geological layers of rock in the steep ridges above him. He’s been...

read more

Village Above the Clouds

Kurush, located in southern Dagestan, Russia, is the highest inhabited point in Europe. Its elevation is 2560 meters above sea level. Water boils here at 90 degrees Celsius. The air, however, is still comfortable for breathing.Kurush is surrounded by four peaks higher...

read more